Перейти к публикации

Родословная... Мои отношения с Болгарией ч. 3

Колибри
  • · 4 минуты на чтение

Мои отношения с Болгарией теперь связаны кровными узами!

Благодаря Epetkov, я смогла отыскать родственников.

В г. Костенец живет двоюродная сестра моего папы - Ирина, сейчас ей 82 года.

Мой дедушка и отец Ирины из г. Костенец были родными братьями.

На этот год мы уже спланировали поездку в Болгарию. И дай бог увидимся!

Так же нашлись родственники в Софии (Михаил и его семейство) - наши прабабушки были родными сестрами.

И теперь, благодаря этим находкам, болгары из Софии и Костенеца могут тоже общаться.:).

Занимаясь изучением родословной практически только через интернет, я смогла восстановить много интересного и удивительного. А сколько оказывается во мне крови всякой намешано и не с честь!

Башкирка, дочь бея Тархана, воспитанница графа Разумовского вышла замуж за коммерсанта немецкого происхождения Данила Шотта, эмигрировавшего из Лиона (Франция) во времена реставрации Бурбонов.

В 1817 г. В России у них родился сын - Ипполит Данилович Шотт, который известен, благодаря своей помещичьей деятельности, распространившейся в Башкирии и Оренбуржье. В эти края он приехал из Санкт-Петербурга после завершения военной службы. Уволился в звании майора или генерал-майора – по этому поводу есть разночтения.

В середине 19 века Ипполит Данилович Шотт прибыл в Оренбургскую губернию и в течение двух-трех лет скупал окрестные земли с крепостными крестьянами у оренбургского губернатора Перовского.

Башкирский край издавна славился богатством природы. В летнее время сюда наезжали светские люди из многих уголков России. Из приезжих был и Алексей Терентьевич Ермолаев. Он приобрел часть земель в этих краях, в т. Ч. и поселение, которое первоначально именовалось как сельцо Кургазы. Умер в 1828 году. Наследницей богатого имения А. Т. Ермолаева стала его приёмная дочь, на самом деле дочь киргизского султана, названная после крещения Екатериной. Она имела детей от брака с Иосифом Ивановым - адъютантом начальника штаба отдельного оренбургского корпуса. Её младшей дочери - Вере Иосифовне Ермолаевой-Ивановой по наследству от матери достались недвижимость в г. Оренбурге, земли и родовое именье, с поселѐнными в нѐм крепостными крестьянами - село Кургаза. Вера Иосифовна и стала женой Ипполита Даниловича Шотта.

Ипполит Данилович Шотт переезжает в имение А. Т. Ермолаева и в память о нем называет Кургазы - село Ермолаево. В последствии очень много было сделано для развития села и края в частности самим И. Д. И его сыном Львом Ипполитовичем Шоттом.

В 1860 годах И. Д. Шотт построил почту на оренбургском тракте, заложил в с. Ермолаево парк и пруды, в 1863 г. Выстроил винокуренный завод, немного позже он запустил винокуренный и стекольный заводы в с. Тугустимир. Ермолаевский деревянный винокуренный завод в 1900 году был перестроен кирпичом. На базе отходов этого завода имелся откормочный пункт крупного рогатого скота, который хозяин закупал за границей. К началу 20 века во владениях И. Д. Шотта имелось 60 тысяч десятин земли и леса, протянувшиеся от Покровки до Знаменки, Новой Отрады, Кунакбая, Николаевки и Ивановки. Винокуренный завод в с. Ермолаево действует и поныне.

Дом, где размещалась семья Шотта, располагался в красивом и богатом по подбору деревьев и растений парке. Жилой городок был окружен тремя водосборными прудами. Южный пруд питал винокуренный завод и три мельницы. Парк был заложен помещиком И. Д. Шоттом примерно в 1850-1860 годах на 10,5 гектарах земли. В окружении водозаборных прудов выращены богатейшие по красоте деревья: стройные ели, вечнозеленые сосны, чудесные лиственницы, раскидистые березы и дубы, липы, ирга, черемуха. Если смотреть на парк сверху, то видно, что деревья посажены в виде слова ШОТТ.

В парке до сих пор сохранились все дорожки, которые были проложены и отсыпаны камнем еще во времена самого И. Д. Шотта. У одной из таких дорожек стояли когда-то большие детские качели. На этом месте до сих пор лежат два огромных камня.

Кроме парка, в селе Ермолаево сохранилось еще одно здание, которое относят к семье Шоттов. Ипполит Данилович в с. Ермолаево построил госпиталь, в этом здании, стоящем до сих пор находится районная больница. В 1901 году И. Д. Шотт умер. Продолжил его дело - сын Лев Ипполитович. Потомки Л. И. Шотта в настоящее время живут в Германии и на Украине. Мне удалось их найти через интернет.

По некоторым материалам мне удалось выяснить, что у И. Д. Шотта было ещё три дочери. Одна из них – Екатерина Ипполитовна Шотт вышла замуж за Аполлона Дмитриевича Холодковского (1828 г. Р.) потомственного дворянина, управляющего канцелярией Оренбургского генерал-Губернатора, почетного гражданина г. Оренбурга.

Одна из дочерей А. Д. Холодковского - Ирина Аполлоновна (1875 г. Р.) – моя прабабушка.

Вот такой вроде и крохотный кусочек, но сколько разных судеб и людей охватывает.

А вдруг кто-то прочтет и поймёт, что он тоже из этого «дерева»….

  • Супер 5
  • 6
  • 2776
6
2.8k
  • Супер 5

6 комментариев

Колибри

Фотография из Интернета.

[ATTACH=full]241051[/ATTACH]

Колибри

Усадьба Шоттов в Тугустемире (летняя резиденция)

[ATTACH=full]241052[/ATTACH] [ATTACH=full]241053[/ATTACH]

Аля
Балчик-Владивосток

Как у вас все интересно! Приезжайте поскорее, все же тетушка уже не молодая у вас. Но дай Бог еще с ней Хоро станцуете!

Просто вспомнила нашу соседку болгарку, мы ходили к ней на 80-ти летний юбилей и вот там она возглавляла хоро из своих детей внуков и правнуков! Очень замечательно у нее получалось:-)

Колибри

[ATTACH=full]241788[/ATTACH]

Mali_Natali

Удивительные факты вам удалось установить! Подскажите, а каким ресурсом в интернет вы пользовались?!

Колибри
Удивительные факты вам удалось установить! Подскажите, а каким ресурсом в интернет вы пользовались?!

Изначально у меня была рукопись, составленная по рассказам дедушки. Некоторые родственники были известные люди, поэтому я просто забивала их фио в поисковиках в яндаксе, гугле, рамблере. Запрашивала документы в архиве г. Оренбург....

Please sign in or register to post a comment.
  • Записи в блоге

    • Да
    • Вселенский взаимообмен!
    • "Ей повезло, потому что всем, кто не теряет надежды, везёт – вблизи Тугулыма, стояла целая армия грибников. Мама придирчиво обошла каждого «бойца» и выбрала в конце концов продавца, который понравился ей чисто по-человечески (справедливости ради следует сказать, что и грузди у него были отменные). У этого же чисто человеческого продавца мы скупили всю чернику и, радостные, сложили покупки в багажник, где лежали непроданные книги. И помчались дальше, оставив позади Тугулым вместе с грибами, ягодами и школьными воспоминаниями.
      Я люблю делить дорогу с мамой – мы почти никогда не ругаемся и даже спорим вполне мирно. Когда проезжали мимо Талицы, мы обе почувствовали, что машина едет совсем не так, как раньше. Если бы она была человеком, я сказала бы, что она вдруг резко захромала на правую ногу.
      С машиной у нас отношения трепетные, переходящие с моей стороны в нечто вроде обожания и повышенной тревожности. Если в машине вдруг что-то стучит не так, как надо, я тут же бью тревогу.
      Мы вылезли из машины – и увидели, что заднее правое колесо лежит на земле ровной тряпочкой.
      – Ещё минута, – сказала мама, – и улетели бы в кювет. Лежали бы там, присыпанные грибами да ягодами.
      И книгами, подумала я.
      В списке моих умений можно найти самые неожиданные, но менять колёса я не умею. И повода научиться не было – за те двадцать лет, что я за рулём, ни одно колесо не пострадало.
      Мы с мамой стояли на обочине, как давешние труженики леса, и осознавали новую злополуку… Рядом проносились на полной скорости счастливые обладатели целых колёс, резко гудели фуры, шептались, хихикая, сосны. Как вдруг рядом с нами притормозил поношенный джип. Водитель, в отличие от своей машины, был совсем ещё не старый. Видно было, что он торопится, что мы со своим колесом-тряпочкой ему совсем некстати, но он остановился, открыл багажник в поисках нужных инструментов – и оттуда посыпались вещи. В основном это был детский транспорт: какие-то санки, коляски, ледянки, самокаты – все четыре сезона в одной машине. Наш спаситель чертыхнулся, начал разгребать эту кучу, с трудом нашёл, что искал, – и пошёл теперь уже к нашей машине, за запаской. Мама уже выгрузила книги, грибы и ягоды из багажника, и вообще мы с ней всячески проявляли готовность помогать и участвовать в спасательной операции. Мама даже завела с водителем подобие светской беседы, но он вежливо посоветовал заняться лучше сбором камней, которые он будет подкладывать под другие колёса, чтобы машина не завалилась набок. Мы с радостью стали подбирать камни – как древние египтяне или муравьи, выкладывали их на обочине, а спаситель придирчиво отбирал подходящие. Потом он поднял машину домкратом, поменял колесо и строго велел мне ехать до самого города «не больше восьмидесяти». Я бы и сама могла об этом догадаться, глядя на запаску – она выглядела намного тоньше других колёс и чем-то напоминала протез.
      От денег наш спаситель отказался, хотя мы совали ему их с усердием, достойным лучшего применения. И уехал, не дослушав горячих слов благодарности. Я вспомнила, как болгары отвечают на «спасибо» – «няма за какво». (Я тогда учила болгарский язык, поэтому он и всплывал у меня в памяти кстати и некстати.)"
      Это она же, Матвеева (в моей минимальной редакции).
    • Написано в феврале 2023 г.
  • Статистика блогов

    • Всего блогов
      172
    • Всего записей
      1427

Войти

У вас нет аккаунта? Регистрация

  • Не рекомендуется на общедоступных компьютерах
  • Забыли пароль?

  • Создать...