Перейти к публикации

Блог Yuri

  • записей
    38
  • комментариев
    180
  • просмотр
    4 881

Проза. Глава 4.

Yuri
  • · 4 минуты на чтение

Когда заболел дед, Мара не находила себе места. Она готовила ему бульон и поила настоями трав. Он стал ей родным, и заменил никогда не виденного ею раньше отца. Однажды, в бурную темную ночь, сидя у окна, и слушая, как на постели тяжко хрипит и мечется дед, она представила, что останется совсем одна здесь, на этом голом острове. И что-то в этот миг произошло с ней. Она встала, подняла руки, подошла к постели деда и крикнула с бледным лицом: - «Ты выздоровеешь!». Старик сразу затих, успокоился, и откинулся на подушки. Дыхание его стало ровным.

Через неделю дед выздоровел. Он быстро поправлялся, крепчал и вскоре стал по-прежнему бодрым и веселым. Мара иногда ловила его взгляд, полный благодарности и любви. Старик и вправду благодарил судьбу за этот подарок неба, он часто молился в углу комнаты на слепые иконы, и тихие слезы радости скатывались по его морщинистым щекам.

Жизнь пошла своим, заведенным давно неспешным порядком. Только Мара все больше ощущала в себе какие-то перемены. Казалось, она научилась проникать в суть вещей. Она стала понимать море, то, как оно живет, дышит, радуется и страдает. Она слышала ход морских рыб, черепах, и переговоры дельфинов. Чайки уже не нападали, защищая своих птенцов, а тихо кружили в синеве. Однажды она заметила, что задумавшись, на самом деле управляет полетом кружащей рядом бабочки. Осознав это, она засмеялась, и это стало ее игрой. Останавливать на ходу шмеля, заставлять кузнечиков прыгать себе на ладонь, а божьих коровок кружиться вокруг головы стало ее любимой забавой.

Игры кончились, когда однажды, в запале охоты, она крикнула убегающему из силков зайцу: - «Стой! Умри!». Заяц упал, как подкошенный, и остался бездыханным.

И тут Мара поняла, что она может не только исцелять, но и убивать. И еще, что ее беззаботное детство давно кончилось. Пришла совсем другая, доселе неизвестная, и нелегкая пора.

Она зачастила ездить одна в город. Завязав пучок густых, непокорных, и выцвевших на солнце волос на затылке, она садилась в лодку, задирала платье ближе к загорелым гладким бедрам, и уверенно гребла к берегу. Там она подолгу сидела на пустыре. Что-то тянуло ее сюда, хоть и тяжело, на это место, где похитили ее мать. Пустырь, поросший высоким желтым разнотравьем, уже не был глухой окраиной маленького городка, как десять лет назад. Вокруг него выросли дома, виллы, семейные отели и рестораны, шум, хохот и звон бокалов стали мелодией этого места.

Все это наполняло сердце Мары горечью, как будто осквернили тихое семейное кладбище. Ее раздумьям, воспоминаниям о матери и о далекой северной родине все время кто-то мешал. Неотвязно рядом резал слух лай какой-то собаки, он не утихал ни на минуту, то отдалялся, то приближался, и наконец как-то Мара даже не крикнула, а просто произнесла про себя, как бы отмахиваясь от назойливой мухи – «Хоть бы ты умолкнул навсегда!». И вскоре лай действительно прекратился. Стало тихо и хорошо.

Ровно через два месяца Мара пришла на пустырь, потому что это была памятная ей годовщина, именно тот день, когда похитили ее мать. Она стояла, тихо глядя в черные сумерки, и видя, как наяву, уносящуюся машину. Она даже не двигалась, когда из ресторана напротив вышел человек, и вылил два ведра помоев на тропинку, по которой когда-то черные мужчины уносили беспомощное и бьющееся тело ее матери. Темная пелена застлала глаза, в ушах зазвенело, и Мара очнулась только на острове, не зная, и не ведая, как сумела сесть в лодку и добраться до дома.

Она долгих четыре недели не показывалась в городе, хотя никаких угрызений совести не чувствовала. Дед рассказывал ей о переполохе, вызванном непонятными смертями, но она оставалась равнодушной к этим страстям. По ночам она даже чувствовала смутное удовлетворение от того, что произошло.

Но все таки, наконец, она не смогла противостоять смутному зову, и поздно вечером, когда дед уже спал, она села в лодку, и направилась к пустырю. Поднимаясь по тропинке, и слыша все нарастающий шум нескончаемого людского праздника, она заметила двух мужчин, стоящих на берегу. Они были похожи, как братья-близнецы. Мужчины громко разговаривали, смеялись и курили толстые вонючие сигары. Один из них сплюнул, расстегнул штаны и помочился на близлежащий камень. Это был камень, на котором сидела мама за минуту до похищения.

Девушка видела все это, но тут уже, как ни странно, рассудок остался ясным, и Мара спокойно, с каким-то даже сладостным чувством, приказала сердцу этого мужчины остановиться. Он упал, как подкошенный. Другой заголосил бабьим голосом, быстро охрип, и только приседал и бил себя по щекам.

Прибежали люди, поднялся шум, все бегали и суетились, а в это время Мара, тихо улыбаясь, плыла к острову. Дед так и не узнал, что она отсутствовала всю эту ночь.

  • Супер 5
  • 0
  • 1 195

0 комментариев


Нет комментариев для отображения

Гость
Добавить комментарий...

×   Вставлено в виде отформатированного текста.   Восстановить форматирование

  Разрешено не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.

0
1,2k
  • Супер 5
  • Похожие записи в блогах

    • Проза деревенских будней.

      Небо затянулось серой пеленой обложного дождя и к вечеру резко похолодало. В доме стало сыро и зябко. -А что это ты печку решила растопить?- поинтересовался Сергей,- Включила бы обогреватель. -С печкой уютней, да и электричество жечь не надо,- ответила я. - Оболгариваешься потихоньку, ток экономишь,- засмеялся Сережа. - И сухие ветки заодно на золу пережигаю,- подхватила я. Печка- каминчик с дверцей, оснащенной прозрачным огнеупорным стеклом, была одним из наших первых приобретений после вс
    • Проза 4. Сон в осеннюю ночь

      Сон в осеннюю ночь. Я шел по козьей тропе, взбираясь вверх, к вершине холма, среди редкого леса, примыкающего к деревне. Тропа была каменистой, с низкой порослью изумрудной травы, и вся была усеяна мелким черным горохом овечьего и козьего помета. Иногда ее украшали большие плюхи коровьих испражнений, то старых и выцветших, то свежих и пахучих, и мне нужно было внимательно смотреть под ноги. Мелкие красивые пичуги непрерывно щебетали в окрестных кустах, непрерывно перескакивали с ветки на вет
    • Проза 3. Совсем в другую сторону.

      Yuri. Грамас. Пура летел в своем звездолете уже вторую неделю. А лететь еще предстояло не меньше месяца. Боже, как тоскливы эти нескончаемые космические сутки! Ничто уже не скрашивало это мерзкое состояние. Даже ночной мотылек, который каким-то чудом сумел проникнуть на корабль во время погрузки, и который теперь время от времени прилетал на свет лампы у рабочего стола, начинал раздражать. Пура понимал, что этому мотыльку, как ни странно, полностью подвластно это незнакомое пространство корабл
    • Глава 5. Последняя

      Миро проснулся от странных звуков. Издалека доносились крики, лязг железа и людская разноголосица. Миро встал и отправился в сторону доносящегося шума. Вскоре он дошел до пустыря и увидел, что на нем вырос большой остроконечный шатер. В город приехал цирк. Рабочие растягивали веревки, вокруг шатра выстроились фургоны и повозки, суетились артисты, кто-то сидел на нераспакованных сундуках и курил, кто-то разминался, кто-то наносил грим прямо на улице, сидя перед прилаженным на бочке осколком зе
    • Проза. Глава 3.

      Отшумели зимние шторма, и дельфины вернулись к берегам. Солнце вставало из-за моря все ближе к северу. Там, в далеких холодных краях оно меняло свой путь, чтобы однажды летом, в одну из ночей не уйти за горизонт. Это называлось Полярным кругом. А еще дальше на север солнце вовсе не заходило по полгода, и люди жили целый год только в одном бесконечном дне, и в одной бесконечной ночи. Глава 3. Девочка была с Севера. В поселке, где она родилась, солнце летом не заходило несколько дней. Вокруг
  • Записи в блоге

    • Никто нас не сшибает. Все сами. Помните как у вас дымоход забился. Кто его забил. И кто его почистил. Вот так и жизнь. Кто хочет чистит, остальные в копоти так и живут...
    • Очень здорово написано!
      А мы только на начальном этапе: подготовка. Но уже ребенок проявляет интерес и как то у него складывается строчки не плохо. Вот куда дальше двигаться, будем говорить с учителем чтобы развить дальше его тягу к стихотворениям.
    • Николай Иванович Рыленков - мой земляк. Училась в школе его имени. Его стихи - живой родник... Наслаждаюсь искренним творчеством автора. Оно целительно.
    • Рад и по-доброму завидую!)))
    • @mediwo34 , скажите, пожалуйста, это у Вас вопрос или реклама сайта?
  • Статистика блогов

    • Всего блогов
      466
    • Всего записей
      2 451

Войти

У вас нет аккаунта? Регистрация

  • Не рекомендуется на общедоступных компьютерах
  • Забыли пароль?

  • Создать...