Перейти к публикации

Как я не стал писателем

Mik15
  • · 4 минуты на чтение

История на столько древняя, что многие в силу возраста, уже не поймут, что такое писать чернильной ручкой, что такое клякса, наклон, нажим, или просто красивый почерк. А многие, опять же в силу возраста, как я например, начинают об этом забывать.

Началось всё с того, что мне вдруг понравилось учиться. Случилось это не просто так, а по стечению обстоятельств, и как я сейчас понимаю, от безысходности. Проще говоря, попал я в интернат. После двух лет жизни вольной, иногда беспризорной, с необходимостью добывать пропитание, искать тёплое место для ночлега, но полной романтики и свободы, такой разворот. Всё по распорядку, по звонку и команде воспитателей. Режим, строй, расписание по минутам на всё, от подъёма до отбоя.

Моё свободолюбивое, детское естество, неуравновешенный характер, тяга к вольной жизни и неуёмная энергия, воспротивились этому, как могли. Но после нескольких не совсем удачных, когда ловили через день, или совсем неудачных, когда пресекали на стадии подготовки, побегов, я смирился со своей тяжкой долей. Или просто затаился, до лучших времён.

У меня вдруг оказалась масса свободного времени. Вопрос с пропитанием отпал, кормили нас хорошо и вкусно. Болтание по городу, с целью что ни будь стащить, найти или просто так, тоже стало не возможным, в связи с тем, что выход с территории был строго запрещён, а побеги не удавались. Просиживать в игровой комнате, где из игрушек кубики, куколки да машинки без колёс, в солидном десятилетнем возрасте, я считал глупо и не интересно.

И я начал читать. Сначала сказки, потом фантастику, потом увлёкся военной и исторической литературой. Через каких то пол года интернатская библиотека стала моим любимым местом. Библиотекарь, Зоя Васильевна, даже стала давать мне книги на вынос, что в общем то запрещалось правилами. Я читал всё подряд, проглатывая книги, как ненасытный молодой крокодил. Даже сделал себе фонарик, из квадратной батарейки и лампочки, что бы читать после отбоя под одеялом.

Наверное это и привело к тому, что ранее такая ненавистная учёба, вдруг стала превращаться совсем уже не в тягость, а даже местами понравилась. Сначала некоторые предметы, литература например, на следующий год история с географией. Да и по остальным наукам проблем возникало всё меньше и меньше. Пробелы в образовании, из-за практически прогулянных и пропущенных первых трёх классов, как то сами собой исчезли, и я превратился во вполне успевающего ученика, даже без троек.

А ещё, неожиданно для себя, я вдруг начал рисовать. Простым карандашом, или даже ручкой. Танки, пушки, самолёты, дома и деревья, природу и город, военных в различной форме. И всё карандаш, красками получалась одна мазня.

В общем, через год нахождения в интернате, превратился я, практически в добросовестного, вполне успевающего, в меру послушного ученика. Желания убегать больше не было, тем более, что по воскресениям нас забирали по домам.

Единственное, от чего я не мог избавиться, так это от непомерного упрямства и какой то упёртой тяги к независимости. Что то делать, если я этого не хочу, заставить меня было нельзя. Тут не помогали не угрозы, не уговоры. Это было просто выше моих сил. Или я принял, согласился и сделаю, или хоть разбейтесь, хоть хоровод вокруг водите, делать не буду.

Первый предупредительный звонок прозвенел в пятом классе. Мы вернулись с каникул, и писали сочинение "Как я провёл лето". Я конечно писал о деревне. Про сенокос и корову Тамару, про коня Чижика и собаку Найду, про стадо, лес и пруд, про грибы и малину. Много написал, от души и с удовольствием.

Через несколько дней, после урока, наша учительница русского и литературы, Людмила Александровна, задержала меня. Когда класс опустел, она подошла ко мне и положила передо мной мою тетрадь с сочинением. То, что я увидел, поразило до глубины души. Под сочинением стояла большущая, красная пятёрка, с двумя плюсами. Таких оценок видеть мне пока не приходилось.

- Миша, - сказала учительница, - ты написал прекрасное сочинение. Я прямо увидела вашу деревню, как будто побывала в ваших лесах, собирала грибы, ягоды, пасла коров и овец. Просто отлично. Вот только ошибочки, давай исправим, у меня рука не поднимается под таким сочинением ставить тройку за грамотность. Перепиши, пожалуйста, без ошибок.

Я переписал. Правда совсем без ошибок не получилось, но пять-четыре появились в моём дневнике и классном журнале. При чём, пятёрка в дневнике выглядела именно так, как в тетради, с двумя большими плюсами. С тех пор, оценки меньше пяти баллов я за сочинения не получал, а иногда и с плюсом, и с двумя. Правда появилась и не очень приятная штука. Людмила Александровна взялась заниматься со мной дополнительно, пытаясь исправить проблемы грамматики. Я терпел. Посчитав, что пятёрки с плюсом важнее каких то пару часов дополнительных занятий в неделю. Какие неприятности ждут меня в дальнейшем, тогда я даже представить себе не мог. Задумываться о тернистости, трудностях и сложностях писательского ремесла, мне и в голову не приходило.

  • Нравится 1
  • Супер 5
  • 0
  • 905
0
905
  • Нравится 1
  • Супер 5

0 комментариев

Нет комментариев для отображения

Please sign in or register to post a comment.
  • Записи в блоге

    • Да
    • Вселенский взаимообмен!
    • "Ей повезло, потому что всем, кто не теряет надежды, везёт – вблизи Тугулыма, стояла целая армия грибников. Мама придирчиво обошла каждого «бойца» и выбрала в конце концов продавца, который понравился ей чисто по-человечески (справедливости ради следует сказать, что и грузди у него были отменные). У этого же чисто человеческого продавца мы скупили всю чернику и, радостные, сложили покупки в багажник, где лежали непроданные книги. И помчались дальше, оставив позади Тугулым вместе с грибами, ягодами и школьными воспоминаниями.
      Я люблю делить дорогу с мамой – мы почти никогда не ругаемся и даже спорим вполне мирно. Когда проезжали мимо Талицы, мы обе почувствовали, что машина едет совсем не так, как раньше. Если бы она была человеком, я сказала бы, что она вдруг резко захромала на правую ногу.
      С машиной у нас отношения трепетные, переходящие с моей стороны в нечто вроде обожания и повышенной тревожности. Если в машине вдруг что-то стучит не так, как надо, я тут же бью тревогу.
      Мы вылезли из машины – и увидели, что заднее правое колесо лежит на земле ровной тряпочкой.
      – Ещё минута, – сказала мама, – и улетели бы в кювет. Лежали бы там, присыпанные грибами да ягодами.
      И книгами, подумала я.
      В списке моих умений можно найти самые неожиданные, но менять колёса я не умею. И повода научиться не было – за те двадцать лет, что я за рулём, ни одно колесо не пострадало.
      Мы с мамой стояли на обочине, как давешние труженики леса, и осознавали новую злополуку… Рядом проносились на полной скорости счастливые обладатели целых колёс, резко гудели фуры, шептались, хихикая, сосны. Как вдруг рядом с нами притормозил поношенный джип. Водитель, в отличие от своей машины, был совсем ещё не старый. Видно было, что он торопится, что мы со своим колесом-тряпочкой ему совсем некстати, но он остановился, открыл багажник в поисках нужных инструментов – и оттуда посыпались вещи. В основном это был детский транспорт: какие-то санки, коляски, ледянки, самокаты – все четыре сезона в одной машине. Наш спаситель чертыхнулся, начал разгребать эту кучу, с трудом нашёл, что искал, – и пошёл теперь уже к нашей машине, за запаской. Мама уже выгрузила книги, грибы и ягоды из багажника, и вообще мы с ней всячески проявляли готовность помогать и участвовать в спасательной операции. Мама даже завела с водителем подобие светской беседы, но он вежливо посоветовал заняться лучше сбором камней, которые он будет подкладывать под другие колёса, чтобы машина не завалилась набок. Мы с радостью стали подбирать камни – как древние египтяне или муравьи, выкладывали их на обочине, а спаситель придирчиво отбирал подходящие. Потом он поднял машину домкратом, поменял колесо и строго велел мне ехать до самого города «не больше восьмидесяти». Я бы и сама могла об этом догадаться, глядя на запаску – она выглядела намного тоньше других колёс и чем-то напоминала протез.
      От денег наш спаситель отказался, хотя мы совали ему их с усердием, достойным лучшего применения. И уехал, не дослушав горячих слов благодарности. Я вспомнила, как болгары отвечают на «спасибо» – «няма за какво». (Я тогда учила болгарский язык, поэтому он и всплывал у меня в памяти кстати и некстати.)"
      Это она же, Матвеева (в моей минимальной редакции).
    • Написано в феврале 2023 г.
    • Спасибо за добрые слова, не скрою, очень приятно.
      Спасибо за высказанное мнение. Удачи вам в ваших свершениях, надеюсь, что они не будут весьма поверхностными, пошловатыми, мало правдоподобными и гадостными как мои.
  • Статистика блогов

    • Всего блогов
      171
    • Всего записей
      1 426

Войти

У вас нет аккаунта? Регистрация

  • Не рекомендуется на общедоступных компьютерах
  • Забыли пароль?

  • Создать...