Блог Mik15

  • записи
    84
  • комментариев
    826
  • просмотр
    12 081

Главы из книги.


Mik15

883 просмотра

 Поделиться

Добрые люди.

Глава 9. Прощание с деревней.

Перемены в моей детской жизни случились когда пошёл мне восьмой год от роду и оказалось, что всё что я знал и умел до этого, это мало и надо учится в школе. Зачем учиться я понимал не совсем, так как казалось знаний и умений у меня и так достаточно, читать-писать умею, считаю до ста хорошо. Но раз надо, значит надо, до поры сильно меня это не озадачивало.

У взрослых-же, в первую очередь мамки с папкой, проблем конечно было куда больше. Первая и главная из них, где меня вообще учить. Школы в ближайшей округе уже не было, возить меня одного за двенадцать километров смысла не имело. Решение было принято совершенно без моего участия, единственно на тот момент верное и правильное. Меня надо отправить в Ленинград, к бабушке Кире.

Ленинградскую бабушку я знал, вернее видел, она как-то приезжала к нам в гости, прошлым летом. Родственницу я в ней тогда не признал, хотя она и привезла много всяких вкусностей и одежды, признания моего не заслужила. Странная какая-то была бабушка, совсем не похожа на всех наших деревенских. И одета была не так, и разговаривала не так, а главное совсем ничего не умела делать. Не знала как сгребать сено, как достать воду из колодца с журавлём, как истопить баню. И что совсем уж было смешно, она боялась коров, да и овец с козами тоже. Когда по деревне гнали стадо всегда пряталась в дом. В общем в моём понимании человеком бабушка Кира была совершенно никчёмным и ни к чему не приспособленным.

Но случилось всё вообще по другому, или немного по другому, как бы то не было такого разворота событий не предполагалось и не просчитывалось.

Началось всё с того, что однажды в нашем доме появились совершенно мне не знакомые люди. Вернее о их существовании я знал, мне рассказывали, что у меня есть ещё одна мать и старший брат. Я даже их представлял, мать такая-же как мамка, маленькая и всё время что-то делающая, а брат, раз старший, большой и сильный. То, что оказалось на самом деле повергло меня в уныние и расстройство. Та, которая мать, оказалась худой, высокой тёткой. А главное она курила, что бы тётки курили, такого я представить себе не мог, и подходить к ней близко категорически отказался.

Брат разочаровал ещё больше, мало того, что он был такой-же как я на вид, так ещё и конопатый. Щёки у него были толстые, веснушки по всему лицу, а одет в какой-то непонятный серый пиджачок и такие-же серые короткие штаны, чистенький и важный. Несмотря на толстые щёки, выглядел худеньким и как будто даже меньше меня ростом, но смотрел с превосходством и задиристо. Первым моим родственным желанием к новоявленному брату было: " Надо извалять в грязи на дороге." Но пока я это отложил, посмотрим, что за брат.

Ещё с ними приехал дядька, в костюме и очках, со странным именем - Олег, в деревне имени такого не было. Запомнил я его плохо, со мной дядька не разговаривал, да и вообще разговаривал мало и был каким-то не заметным.

Мамка с папкой о чём-то громко разговаривали и даже ругались с матерью, наверное по этому они с Олегом долго не погостили, а через несколько дней собрались и уехали. В отличии от других гостей, которые у нас бывали, провожать их никто не поехал, не было как обычно сборов-проводов, лошадь, что-бы увезти на полустанок никто не запрягал, они просто ушли. А мы остались.

Брат Женька, оказался не таким уж и плохим, как показался сначала. Он много знал, закончил уже первый класс, рассказывал интересные истории про то, где они жили раньше. А жили они в Карелии, там было много озёр и ламбушек, это тоже озеро, говорил Женька, только старое. Там в Карелии он всегда ловил рыбу на удочку и кормил семью, потому-что Олег с матерью никак не могли найти хорошую работу, а если и зарабатывали денег, то покупали водку. Но вообще, Женька их хвалил, особенно Олега, говорил, что он добрый и тайком от матери покупал Женьке конфет, делал с ним уроки, а зимой, когда было холодно, приносил дрова.

Многое, из того о чём рассказывал брат, мне было не понятно. Например зачем где-то надо добывать дрова, если они всегда есть, а если уж и нет, надо идти в лес и нарубить. Так-же мне было не понятно, как могут дома быть такими большими, что в них можно поселить всю нашу деревню. Тогда он мне такие дома рисовал, и получалось, что они стоят один на одном, называется это этажами и квартирами. Но вот где в таких домах держать скотину, особенно коров, мне было не понятно всё равно. Женька на до мной смеялся, что мне конечно не нравилось. Ещё не нравилось, что он наотрез отказывался что-то делать, например убирать сено, загонять во двор скотину, когда дома ещё никого нет, а стадо уже пригнали. И ещё хуже, что оправдывался он тем, что человеком является городским, а не каким-то колхозником, как я. Получалось, что он меня важнее и извалять его в грязи на дороге желание всё-таки иногда у меня появлялось.

***

Лето тем временем подошло к концу, настала грибная пора и мы с братом каждый день ходили в лес. Грибником, как и рыбаком, Женька оказался хорошим, в грибах разбирался, лес любил. Вот только к месту и не к месту хвастался своей Карелией, что и грибов там больше, леса лучше и красивее, чем у нас, да и сами грибы лучше. С его слов выходило, что там он собирал одни белые, ну на крайний случай маслята, которых в наших лесах не водилось совсем. Мне было обидно такое слушать, так-как лучших мест и тем более лесов я себе не представлял. Но я уже свыкся, что это мой брат, а значит ссорится и драться с ним мне не следует. Мамка с папкой постоянно об этом говорили, учили всегда держаться друг за друга, так как надеяться нам почему-то больше не на кого и надо быть дружными.

Потом приехала наша ленинградская бабушка Кира. Выглядела на этот раз она расстроенной и как я понял брать двоих внуков не собиралась. Говорила, что ей это будет непосильно, пенсия у неё не большая, да и квартира тоже. Что на двоих детей много расходов, нужно покупать всю одежду, да и прокормиться будет трудно. Мамка с папкой обещали помогать, забирать нас на все каникулы и давать денег сколько могут.

Разговоров на эту тему у взрослых было много, и мы волей-не волей кое-что слушали. Часто приходили родственники и просто соседи, все ахали и охали и почему-то нас жалели. Иногда разговор заканчивался тем, что мамка начинала плакать, бабушка Кира тоже, а папка уходил хлопнув дверью. Потом всё повторялось по новой, говорили, что Люська, наша мать, непутёвая, такой-же непутёвый бабушкин сын, что такая всем досталась доля, и разлучать нас с Женькой нельзя, да и девать некуда. Отправить в Ленинград в итоге, было решено нас обоих, проводы назначили через неделю, что бы в городе успеть устроить нас в школу и купить всё необходимое. Папка поедет с нами, поможет отвезти вещи и продукты.

Поезд на Ленинград отправлялся ночью, до станции было не далеко, но выехать надо засветло, дорога лесом и проехать по ней в темноте трудно. До станции нас отвезёт дедушка Михайло и мамка, посадят на поезд и вернутся.

Лошадь запрягли рано, привязали, положив травы, во дворе. На телегу наложили сена, покрыли одеялом. Мы с Женькой суетились, нам было весело и интересно, складывали на телегу вещи, которых собралось много. Перед нашим отъездом папка зарезал барана и насолил кадушку мяса, которую увязали и приготовили к отправке. Погрузили большой узел картошки и такой-же всяких других овощей. Корзинка яиц была приготовлена и стояла на крыльце, её надо взять на руки, что-бы не побить. Вторя корзинка, с банками варенья, мёда, пересыпанных сушёными яблоками поставлена в середину телеги. Эмалированное ведро творога дедушка Михайло пристроил спереди, к нему привязал второе ведро, с солёными грибами. Ещё была кожаная сумка с ощипанными курицами, узел с луком и чесноком, сушёные грибы и ягоды, корзина с едой. Наконец всё уложено и увязано, мы готовы в путь.

Проводить нас собралась вся деревня, некоторые несли баночки, кто мёд, кто варенье, кто мешочек с сушёными травами. Всё распихивалось по уже увязанным узлам-корзинам. Нас усадили на телегу, дедушка взял вожжи, как вдруг, папкина сестра тётка Вера запричитала и заплакала. За ней заплакали другие. Тут моё хорошее, хотя и волнительное настроение, в миг исчезло и я громко завыл. Мне вдруг показалось, что происходит что-то страшное, что я уезжаю навсегда и больше никого никогда не увижу, что моя деревня, в которой прошла вся жизнь исчезнет и её больше не будет. Я рванул с телеги, но меня схватили, усадили на место, мамка крепко прижала меня к себе и тоже плача крикнула на дедушку:

- Ну трогай папка, трогай уже.

Мы отправились в новую, совершенно неизвестную жизнь.

  • Супер 5
 Поделиться

6 комментариев


Рекомендованные комментарии

Михаил, спасибо, понравилось очень. В вашем рассказе есть та простота, которая дорого стоит... Буду ждать продолжения...:cvetok:

Михаил, спасибо, понравилось очень. В вашем рассказе есть та простота, которая дорого стоит... Буду ждать продолжения...:cvetok:

Спасибо. Наброски продолжения в моих старых дневниках, которые писал под названием "Ленинградец". Сейчас всё это превращаю в повесть "Добрые люди", часть первая "Деревня" уже закончена.

По традиции, мои первые читатели, критики и не критики:) - форумчане.

Спасибо! Очень интересно читать! У Вас хороший стиль и слог. Жду продолжения с нетерпением. Плодотворной работы вам.

Светлая

Знаете, а ведь ваши рассказы просятся в кино. Может именно поэтому, читая их, я вспоминала героя фильма "Уроки французского" по В. Распутину.

До чего всё просто: вот моя деревня, вот мой дом родной, мамка с папкой... Но переживаю так, будто бы это близкие мне люди.

Спасибо!

Светлая, спасибо. Мои рассказы обычные воспоминания, а так как многие прошли примерно такой же путь, или какие-то этапы пути, определённому читателю близки и знакомы. Не всем конечно, кому-то и не понятно, но всё-же. Я ни чего не выдумываю, не фантазирую. Мои рассказы - моя жизнь.

На счёт кино не знаю, один московский театр интересовался сценарием, но я плохо представляю, что это такое:).

Светлая
Светлая, спасибо. Мои рассказы обычные воспоминания, а так как многие прошли примерно такой же путь, или какие-то этапы пути, определённому читателю близки и знакомы. Не всем конечно, кому-то и не понятно, но всё-же. Я ни чего не выдумываю, не фантазирую. Мои рассказы - моя жизнь.

На счёт кино не знаю, один московский театр интересовался сценарием, но я плохо представляю, что это такое:).

Фальшивые и надуманные сюжеты чувствуются сразу.

А ваши записи пронзительны своей правдой. Иной раз некрасивой, даже жестокой.

Но странички вашей книги-это строки в летописи нашей Родины. А она у нас одна. Суровая и добрая, бедная и зажиточная, в горестях и в радостях. но она одна. И об этом ваш рассказ. Я лично это так понимаю.

Гость
Добавить комментарий...

×   Вставлено в виде отформатированного текста.   Восстановить форматирование

  Разрешено не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.

  • Похожие записи в блогах

    • Главы из книги.

      2. На место пришли, когда ещё не стемнело. Тропа и правда была, к самому ручью, правда кто её натоптал, кабаны или коровы с овцами, было не понятно, Юрка уверен, что кабаны. Засаду сделали по всем правилам, в середине, на самой тропе, под кустом, засел главный охотник и стрелок с ружьём. Нам с братом роль была отведена второстепенная, просто дорезать раненых кабанов, по этому, мы расположились по обе стороны от Юрки, метрах в десяти. Когда стемнело, стало страшновато. Нет, леса я не боялся, те
    • Главы из книги.

      Охотники. Наш деревенский друг Юрка, так же как и мы с братом, летом всегда гостил у бабушки. И брат у Юрки был, Вовка, только двоюродный и большой. Вовка работал в городе, а к бабушке приезжал только на пару недель, в отпуск, походить за грибами-ягодами, да на охоту, на уток и куликов. Большой любитель охоты был Юркин брат, даже не столько охоты, как побродить с ружьём по лесу, а уж подстрелить кого, так это так, если получится. Ружьё у Вовки было старенькое, ещё от деда досталось, и хранил
    • Главы из книги.

      Штаны с помочами. Второй раз Мишка проснулся когда уже рассвело. Холод не ушёл, он как и ночью пронизывал насквозь. Но страшно уже не было, лес наполнился птичьим гомоном и пением, громко кричали дрозды, где-то дальше стрекотала сорока. Мишка вылез из своего укрытия и огляделся. Мыслей жить в лесу сильно поубавилось, но что делать дальше он пока не знал. Хотелось пить и есть, в животе урчало и подсасывало. Запах свежего хлеба вдруг так явно вспомнился, что стало просто не выносимо. Мишка снача
    • Главы из книги.

      Мик Александров Штаны с помочами. Мишка никогда в жизни так не замерзал, даже не мог себе представить, что можно так замёрзнуть, особенно в разгар лета, когда всегда тепло и даже жарко, когда купаются в пруду и бегают в коротких штанах без рубашки, босиком. Как-же так, почему холод везде, он забрался внутрь и колотил всё тело, зубы стучали барабанной дробью так громко, что казалось слышно на весь лес. За всю свою жизнь, за все шесть лет, он так не замерзал как сейчас. Мишка сжался ещё сильнее и
    • Главы из книги.

      Пастух Мик Александров Должность пастуха в деревне не из последних. Это только кажется, чего проще, ходи себе за коровами, кнутом помахивай-похлопывай, да на рожке играй. Ан нет, не всё так просто. Местность надо знать досконально, где что растёт и в какое время, иначе хорошего удоя не видать. Расположение колхозных полей и частных покосов, где что посеяно-посажено и когда убрано уже, что-бы стадо загнать можно. Где водопой хороший, удобный в это время, к какому пастбищу ближе, далеко гнать не
Отзывы о сайте    Наверх
  • Создать...